комментарии и ответы

Проблемы разрыва между богатством и бедностью в период трансформации Китая и России

Время издания:20-09-2012 | Увеличить шрифт | Уменьшить шрифт

Автор:Сюй Сянмэй | Источники:

  В процессе перехода от плановой экономики к рыночной определенное расширение разницы в оплате труда, в доходах и в имуществе является неизбежным результатом трансформации, и неравномерность распределения доходов, разрыв между богатством и бедностью в наших странах в разной степени возрастал. Китай и Россия - страны с быстро возросшей дифференциацией между богатством и бедностью в короткий период трансформации, обе они оказались в рядах стран с крайне неравномерным распределением доходов, обе превзошли международную «грань безопасности», определенную коэффициентом Джини - 0,4. У Китая и России в этом имеются как сходство, так и различия.

  В России за последние годы усиление разрыва между богатством и бедностью проявляется главным образом в расслоении на бедных и богатых. После распада СССР в ней была проведена радикальная либеральная реформа, объемы производства сократились, в результате чего личные доходы населения, как главный источник существования большинства трудящихся, значительно уменьшились, потребительная и покупательная способности упали, возросла безработица, уровень жизни и ее качество серьезно снизились. С другой стороны, поскольку приватизация повлекла передел общественной собственности, главные государственные ресурсы перешли в руки крайне незначительной части людей, в результате чего в мгновение ока возник слой нуворишей. Разрыв между регионами в России тоже заметен. Он, однако, и до реформирования был относительно серьезен. В таких крупных городах, как Москва и Санкт-Петербург, коэффициент бедности ниже 10%, а - в Алтае он достиг 70%.

  За последние 10 лет доля населения с низкими доходами в России с 6% поднялась до 30%. В третьем квартале 2001 г., как сообщил Государственный статистический комитет, население низкооплачиваемых категорий, а это, по его стандартам были лица, получавшие менее 1524 рублей (или примерно 410 юаней в месяц), составило 27% общей численности россиян, что несколько ниже чем 32% в 2000 г.. По официальным статистическим данным, в настоящий момент по прожиточному минимуму, т. е. со среднедушевыми месячными доходами в пределах 2040 рублей, одна четвертая часть россиян пребывает в состоянии бедности. У половины из них среднемесячные доходы на семью составляют 1500 рублей (или примерно 48 долларов США), у другой половины - 3000 рублей. Средний возраст российских бедняков - примерно 47 лет. Большинство этих семей - либо многодетные, либо без отца или матери, либо с престарелыми пенсионерами или инвалидами, либо семьи с нехваткой рабочих рук, либо семьи безработных. Примерно половина из 6 млн. русских семей без отца или без матери находятся в положении бедности, что уже стало серьезной социальной проблемой.

  Слой «новых русских» включает главным образом появившихся за годы рыночной реформы крупных и средних предпринимателей, банкиров, высокопоставленных чиновников, парламентариев, «авторитетов» уголовного мира, а также часть интеллигенции высших рангов и творческих сотрудников в СМИ. Согласно отчету «Богатые и бедные в современной России», оглашенному недавно Институтом комплексных социальных исследований РАН, лица с семейным месячным доходом свыше 40 тыс. рублей (при курсе 1:31 – примерно 1270 долларов) считаются богатыми и насчитывают приблизительно 7 млн., или примерно 5% общей численности населения России. Средний возраст лиц этой категории - всего 33 года, они сконцентрированы главным образом в столице и в некоторых крупных городах.

  Согласно Отчету директора Института комплексных социальных исследований РАН Михаила Горшкова за 1999 г., слой русских со среднедушевыми месячными доходами в размере 1500-5000 рублей (по тогдашнему курсу составляло 60-200 долларов, а при семье из четырех чел. в сумме составляло 240-800 долларов), относится к среднему классу, составляя 15-25% российского общества.

  Разница в доходах между 10% самых богатых и 10% самых бедных в России составляет 20:1, в Москве - 60:1, тогда как в Европе и Японии разница не более, чем 6-7 краткая. Короткая десятилетняя реформа повлекла за собой серьезную поляризацию в обществе.

  Главные отличительные особенности разрыва между богатством и бедностью в Китае таковы:

  Во-первых, различие между городом и деревней, сложившееся из-за бинарной, т. е. урбано-аграрной структуры экономики. В 1998-2001 гг. среднедушевые годовые доходы сельского населения составили соответственно 2162, 2210, 2253 и 2366 юаней. А среднедушевые годовые доходы горожан в тот же период - 5458, 5888, 6316 и 6860 юаней, внешняя разница близка к 3:1. Однако в доходах крестьян материальные составили 40%, другие 20% идут на производственные издержки следующего года и лишь только 120 юаней в месяц могут идти на покупку потребительских товаров. Если к расходам горожан добавить социальные блага, касающиеся расходов на жилье, медицинскую помощь, образование, здравоохранение, то окажется, что соотношение доходов горожан и селян достигают 5:1 или даже 6:1. Возьмем, к примеру, то, что среднедушевые годовые доходы крестьян, находившихся на черте бедности в 2000 г., составляли 625 юаней - то есть, один крестьянин такой категории может тратить лишь 1,7 юаня в день. Такие крайне бедные составляли в нашей деревне к концу 2000 г. 32,09 млн. чел., или примерно 3% всего сельского населения. При сравнении с международными стандартами черта бедности в Китае значительно ниже. Исходя из международных критериев бедности (менее 1 доллара на человека в день), нынешние среднедушевые доходы сельского населения страны - ниже черты бедности по международному стандарту. Главный экономист Представительства Азиатского банка развития в КНР Тан Минь считает, что по этому стандарту в нашей стране 230 млн. сельского населения находится в состоянии бедности, а на самом деле их гораздо больше.

  Во-вторых, межрегиональные различия, сложившееся из-за особой географической среды Китая и политических установок. Разница уровней экономической развитости и среднедушевых доходов между восточными приморскими регионами и обширными центральными и западными регионами ежегодно поднимается. По последним статистическим данным в Гуанчжоу, Шанхае и Пекине среднедушевые годовые доходы горожан, находящиеся в их непосредственном распоряжении, превысили 10 тыс. юаней, что многократно превышает уровень обширных западных регионов страны.

  В-третьих, отраслевое различие. Доходы в некоторых новых отраслях финансов и страхования и отраслях информационных технологий (IT) в целом выше, чем в прочих, традиционных отраслях, доходы в монопольных отраслях значительно выше, чем в немонопольных. В 1997 г. соотношение средней заработной платы между сотрудниками государственных финансово-страховых учреждений и сотрудниками других хозяйственных единиц составлял 1,8:1, а соотношение оплаты труда между государственной отраслью по обслуживанию компьютеров и другими хозяйственными единицами - 2,45:1. В 1997 г. зарплата персонала таких монопольных отраслей, как авиатранспортные отрасли, перевозки и почтово-телеграфная связь, по отношению к персоналу машиностроительных отраслей составляла соответственно 2,84:1 и 2,03:1.

  В-четвертых, большим стал разрыв внутри городов, где, сформировался новый слой бедных горожан. В начальный период реформы и открытости явления «городских бедных» в Китае, в основном, не было. Однако с 90-х гг., по мере перехода от плановой экономики к рыночной и регулирования отраслевой структуры, в городах постепенно сформировался новый слой бедных, субъектами которого являются безработные, освобожденный с постов персонал, а также рабочие и служащие полностью и наполовину остановившихся госпредприятий. С октября 1999 г. китайское правительство стало осуществлять систему обеспечения прожиточного минимума горожанам, которые лишились источника существования, трудоспособности и не в состоянии содержать членов семьи. Во всех китайских городах соответственно уровню их экономической развитости разработаны стандарты «гарантированного минимума», иными словами - черты городской бедности. К примеру, границы среднедушевых месячных доходов в г. Шэньчжэне определены в 319 юаней, в Гуанчжоу - 300 юаней, в Пекине и в Шанхае - 280 юаней, в Хух-Хото и Наньчане - 143 юаня. Все они - центры провинций. А в городах окружного и уездного уровня эти нормы упорядоченно снижаются: в г. Тайюане, в административном центре провинции Шаньси - 156 юаней, а в местах нахождения уездных и городских народных правительств, на уровне уезда и городских народных правительств на уровне округа соответственно 90, 110 и 140 юаней. Самый крайний пример таков: в некоторых районах лица, пользующиеся субсидиями прожиточного минимума, могут получать лишь по 10 юаней в месяц, то есть, три члена семьи живут располагая 30 юанями. По данным, предоставленным Министерством гражданской администрации в сентябре 2000 г. совещанию Госсовета по совершенствованию системы социального обеспечения, в июне 2000 г. население, находящееся ниже черты обеспечения прожиточного минимума горожанам, составило 13, 82 млн. чел., а лица, получившие в тот же период субсидии прожиточного минимума, - лишь 3, 03 млн. чел. По статистическими данными Министерства гражданской администрации, к ноябрю 2002 г. из 320 млн. неземледельческого населения 19,98 млн. горожан попали в положение крайней бедности. А по другим данным, эта цифра составляет не менее 30 млн. чел, или одну десятую общей численности горожан.

  В-пятых, за последние годы появился слой «новых богачей».

  Увеличение количества китайских «богачей» проистекает из многих причин и объясняется по-разному. Обычно считается, что важными источниками чрезмерной дифференциации распределения являются доходы, получаемые вне заработной платы, монопольные доходы и незаконные доходы. Реформа и открытость предоставили людям много возможностей для создания богатства. В 80-е годы первыми стали богатеть лица, индивидуально хозяйствующие, будучи воодушевлены политикой реформ, представители образованной молодежи, вернувшейся в города из сельской местности, лица, освобожденные по истечении срока наказания и даже шофера такси. В середине 80-х годов явление «чиновников-оборотней» повлекло за собой то, что лица, обладающие властью либо близкие к ней, становились самыми ранними богачами. Однако в том обществе слишком богатого слоя не существовало, признаком богатства считались «десятитысячники», т. е. обладатели 10 тыс. юаней. В конце 80-х - начале 90-х гг. по мере внедрения открытости и формирования рынка средств производства, рынка капиталов, рынка финансов некоторые люди, используя двухколейную систему цен, приобрели активы в несколько сот млрд. юаней, пользуясь разницей в ценах, разницей в валютных курсах, разницей в прибылях и разницей в налогах. В последние годы разрешение и поощрение включать в распределение такие производственные компоненты как капитал и технологии, также содействовали быстрому увеличению доходов части людей; нарастал удельный вес третьей индустрии, характеризующейся высоким риском и высокой эффективностью; личные доходы в отраслях финансов, ценных бумаг, недвижимости, информационных технологий, туризма, новых и высоких технологий был гораздо выше, чем в других отраслях. Обследование показывает, что рейтинг в слое лиц, получающих высокие доходы, таков: ответственные лица акционерных предприятий, ответственные лица частных предприятий, оперативный персонал в сфере ценных бумаг, деятели литературы и искусства, работающие на индивидуальных началах, лица в сфере информационных технологий, индивидуальные хозяйственники, оперативный персонал в банках, лица общественных посреднических организаций, профессора, ответственные лица непроизводственных единиц. Кроме того, имеется не охваченная системой обследований немногочисленная группа менеджеров, действующих вразрез с законами, и коррумпированных чиновников, также играющая все более важную роль в перераспределении собственности.

  Определение критериев лиц с высокими доходами - дело относительно сложное. Если исходить из стандартов, установленных Пекинским статистическим управлением, рассматривать 10-краткое превышение среднедушевой годовой зарплаты (15,6 тыс. юаней в 2000 г.) как признак высоких доходов, то к слою лиц с высокими доходами следует отнести тех, чьи годовые доходы превышают 150 тыс. юаней. Если же учитывать личные подоходные налоги и месячный заработок за вычетом 1000 юаней в качестве индивидуального месячного прожиточного минимума, то лицами с высокими доходами следовало бы считать тех, чей годовой заработок превышает 120-150 тыс. юаней. Но в действительности лица, отвечающие такому критерию, могут жить лишь относительно зажиточно в нынешнем Китае. Они далеко еще уступают подлинным богачам, не говоря уже о миллиардерах.

  Собственность китайского богача, лидирующего в рейтинге американского журнала «Форбс», превысила 8 млрд. юаней. Общая сумма собственности 400 богатейших людей КНР составляет 303,1 млрд. юаней, представители этой группы имеют не менее 200 млн. юаней. Из них большинство занимается недвижимостью и традиционным машиностроением. Это и есть прослойка китайских богачей.

  Ныне в Китае разрыв междy богатством и бедностью уже стал достаточно серьезным. По словам ответственного лица из Государственного статистического управления, 20% семей, владеющих в Китае наибольшими финансовыми активами, в 1996 г. располагало 48% всех финансовых активов страны, в 1999 г. – 55%, а в 2002 г. - уже 66%. На Пекинском экономическом форуме 2000 г. представитель Пекинской канцелярии по изучению политических установок сообщил, что достояние у 20% самых богатых в Пекине в 11 раз превышает достояние 20% самых бедных. Ныне в Китае возникло явление быстрого концентрирования достояния, разрыв между богатством и бедностью продолжается нарастать темпами 3,1%.

  Общая структура доходов в Китае такова: лиц со средними доходами сравнительно мало, лиц с доходами ниже средних больше. На одну пятую часть семей, относящихся среднему слою, приходится примерно 15% общих доходов, это означает, что доля доходов не достигает соответствующих ее численности 20%. Средний слой фактически спустился на ступень ниже среднего. Поэтому хотя поляризация в Китае не столь заметна, как в России, но в нем уже сформировались общество нижнего слоя и новый слой богачей и уже налицо биполярность общества, в котором «концы велики, а середина мала».

  За время трансформации Китай и Россия встали в ряды стран мира с наибольшим разрывом между богатством и бедностью. Такой разрыв, сложившийся за короткое время, тесно связан с фактором политических установок в процессе трансформации. Но налицо разные особенности. За исключением факторов правонарушений и преступлений разрыв между богатством и бедностью в Китае есть различие между городом и деревней, между регионами, а также разница междуу слоями, возникшая вследствие перераспределения ресурсов в ходе реформы. В России же такой разрыв главным образом проявляется в разнице слоев, сформированных в процессе трансформации. Критерий оценки богатых в обеих странах аналогичен, однако определенная Китаем черта бедности гораздо ниже, ибо он имеет многочисленное бедное сельское население. В России черта бедности определена выше международного стандарта, а в Китае она значительно ниже. Проблема бедности Китая - бедность развивающихся стран и бедностъ в развитии, даже можно говорить об абсолютной бедности. Бедность в России есть относительное обнищание, бедность переходного периода. Дело лишь в том, что бедные еще быстрее превращаются в более бедных, за 10 лет реформы реальные доходы населения падали, образовался контраст с периодом бывшего Советского Союза, вследствие чего способность населения выносить нагрузку подвергается испытанию. За 20 лет китайской реформы продолжался значительный рост ВВП со среднегодовыми темпами свыше 9%, общий объем общественного богатства значительно увеличился. Несмотря на то, что среднедушевой ВБП не достигает 1000 долларов, уровень жизни населения в той или иной степени заметно улучшился. Это означает, как говорят социологи «стекаемость на подъеме». С одной стороны, экономический разрыв увеличился, но при этом жизнь большинства людей стала улучшаться, что может устранять недовольство, порождаемое фактом большого разрыва. «Стекаемость на подъеме» при экономическом росте смягчает часть напряженности в обществе, порожденных из-за разрыва между богатством и бедностью, что, однако, не означает, будто проблема не серьезна. В древнем Китае было традиционное представление «страдают не от малости, страдают от неравности». Большой разрыв между богатством и бедностью становится серьезной угрозой для социальной стабильности. Однако до сих пор эта проблема в Китае не приковывает к себе достаточного внимания. Как и в России, она не поставлена на первое место в стратегии государственной экономической безопасности.